воскресенье, 31 мая 2020
г. Санкт-Петербург, пл. Растрелли, д. 2
Почтовый адрес: 191311, Санкт-Петербург, Суворовский пр., д. 67
Тел.: (812) 630-21-85

Фирменная защита

"Российская газета", №108 (8162)
Владислав Куликов

Правительство России поддержало проект поправок в УПК, прописывающий, что считать предпринимательскими преступлениями. С инициативой выступило Законодательное собрание Ленинградской области. Законопроект внесен в Госдуму и готовится к первому чтению.

По данным Судебного департамента при Верховном суде России, в прошлом году по экономическим статьям Уголовного кодекса всего было осуждено 7,7 тысячи человек. Из них отправились за решетку 896 человек.

Как уточняют в Верховном суде России, 7,7 тысячи - это 70 процентов из всех, кто предстал перед судом по экономическим статьям. Дела остальных были прекращены по различным основаниям.

При этом, как указывают правоведы, иногда грань между экономическим преступлением и обычным достаточно тонка. Например, нередко предпринимателей обвиняют по статье "Мошенничество", и следователи в таком случае пытаются всех уверить, что речь об обычной уголовной афере. Такой же, как, скажем, игра в наперстки, организация лохотрона или продажа чужой квартиры. Тогда на обвиняемого не распространяются гарантии, предусмотренные для бизнеса.

Закон защищает бизнесменов от необоснованного давления. Есть преступление - человек должен ответить. Но нельзя превращать расследование уголовного дела в форму давления на бизнес. Допустим, запрещено изымать у фирмы всю аппаратуру и документацию при расследовании экономического дела. Есть подозрения? Пусть следствие разбирается. Но оно не вправе парализовать работу компании.

За привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности за год осуждены двое человек
Закон уже достаточно давно запретил держать в СИЗО обвиняемых в экономических преступлениях. В прошлом году в статью УПК "Заключение под стражу" была внесена правка, конкретизирующая, кого именно считать предпринимателем и нельзя арестовывать. Так была устранена лазейка, позволявшая отправлять в СИЗО бизнесменов даже после введение запрета. Но, как заметили депутаты из Ленинградской области, в других статьях УПК остался пробел. Он позволяет, в том числе вопреки запрету, изымать на фирме компьютеры.

Конечно, следователи вправе изучать содержимое компьютеров любой фирмы. Но расследование не должно убивать компанию. А если забрать аппаратуру со всеми договорами, бухгалтерией и прочим, работа встанет.

Поэтому, когда речь об экономических преступлениях, следователям требуются дополнительные обоснования, чтобы изъять электронные носители. Допустим: надо провести экспертизу самих компьютеров. Но в таком случае правоохранители обязаны дать возможность предпринимателям скопировать информацию с изъятых гаджетов.

Если же особых обстоятельств нет, то технику надо оставить бизнесменам, просмотрев прямо на месте то, что нужно. Такие нормы были введены, чтобы улучшить деловой климат.

"Гарантии благоприятного делового, предпринимательского и инвестиционного климата и условий для ведения бизнеса неоднократно декларировались первыми лицами руководства страны как способ эффективного решения задач государственной экономической политики в Российской Федерации", подчеркивают в Законодательном собрании Ленинградской области.

Подготовленный проект, как поясняют авторы, устраняет правовую неопределенность, которой подчас пользуются недобросовестные правоохранители. Правительство страны, изучив инициативу, поддержало проект с учетом небольших технических замечаний.

Следователи делают вид, что преступление, в котором обвиняют предпринимателя, не является экономическим, и изымают на фирме компьютеры
Естественно, что защитные меры не действуют при обычной уголовщине, скажем, убийстве, изнасиловании, ограблении. Не имеет значения, кто разогнался на дорогом автомобиле до безумной скорости и сбил насмерть пешехода или даже несколько человек. Виноват - должен отвечать, кем бы ни был по профессии.

В таких делах ни у кого не возникает вопросов, если по делу проходит предприниматель.

Бывают однозначно уголовные аферы. Например, когда какие-то негодяи звонят пенсионерам и обманом вымогают у них деньги. Способов таких масса, и это никак не экономические преступления.

Однако нередко правоохранители пытаются приравнять к обычной афере какие-то действия предпринимателей, в результате которых их партнеры оказались без денег. Действительно, порой трудно разобраться, был ли то сознательный обман или прокол бизнеса.

Поправки в УПК позволят четко разграничить, в каких случаях на бизнесмена распространяются предпринимательские гарантии, а в каких - нет.

Кстати, как показывает практика, лишь немногие уголовные дела, возбужденные по экономическим статьям, доходят до суда. В свое время в УК были внесены поправки, усиливающие уголовную ответственность за привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности. Также было введено специальное наказание за незаконное возбуждение уголовного дела, "если это деяние совершено в целях воспрепятствования предпринимательской деятельности". Правоохранители, возбудившие заказное уголовное дело на пустом месте на предпринимателя, рискуют оказаться за решеткой на срок от 5 до 10 лет.

Правда, на практике данная статья УК редко применяется. За год были осуждены двое человек за привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности. А за незаконное возбуждение уголовных дел на предпринимателей приговоров не было. Скорее всего, причина еще и в том, что на практике достаточно трудно доказать заказной характер дела. То, что обвинения в ходе расследования отпали, не означает, что изначально следователи действовали по заказу.

Зато активно применяется другая гуманная норма: нотариусы получили доступ в СИЗО для проведения нотариальных действий. Таким образом, предприниматель, оказавшийся за решеткой, может выписать доверенность на управление бизнесом.

Ссылка на источник

Лента публикаций